Инструменты пользователя

Инструменты сайта


ноябрь_82

НОЯБРЬ

Кристина Орбакайте продолжает находиться в Калинине на съёмках «Чучела». В начале ноября там возникла новая трудность: внезапно выпал обильный снег. А по сюжету на дворе должна стоять ранняя осень. Пришлось киношникам прибегать к помощи вспомогательных средств. Перед началом съёмок на площадку приезжала пожарная машина, которая водой из брандспойтов расчищала землю от снега. Кроме этого с юга привезли машину настоящих зелёных листьев, которые смешали с бутафорскими (для нужного количества) и разбросали по земле. Так в кадре создавался осенний пейзаж.

Тем временем 7 ноября в праздничном «Голубом „Огоньке“ не обошлось без участия Аллы Пугачёвой: она исполнила „Жди и помни меня“. Кроме неё в той передаче участвовали Сергей Бондарчук, Игорь Горбачёв, Алиса Фрейндлих, Людмила Чурсина, София Ротару, Людмила Зыкина и др. Кстати, Кристина этот „Огонёк“ смотрела вместе со своими коллегами по съёмкам.

Не обошлось без Аллы Пугачёвой и в другом праздничном представлении — концерте к Дню милиции, который отмечался 10 ноября. Несмотря на то что «верха» уже знали о смерти генсека Леонида Брежнева (он скончался в тот день рано утром), однако концерт не отменили, чтобы не будоражить раньше времени народ (показ в 19. 30). Помимо Аллы Пугачёвой в нем участвовали: Татьяна Доронина, Мария Биешу, Лев Лещенко, Валентина Толкунова, Геннадий Хазанов, Зиновий Высоковский, ВИА «Верасы» и др.

На следующий день после концерта Алла Пугачёва в составе представительной делегации отправилась на 10 дней в Италию, чтобы принять участие Днях советской культуры, проходивших в этой стране. Пугачёва выступила с концертами в нескольких городах. Турне началось с выступления в небольшом городке на юге Италии. Поскольку тамошние устроители концерта абсолютно ничего не знали про Пугачёву, они побоялись отдавать ей оба отделения концерта и пригласили ещё одного артиста — местного. Итальянец выступил в первом отделении, после чего на сцену вышла гостья. Причём первое, что она произнесла, было: «Ну, голубчики, я вам сейчас покажу!» И действительно показала. Она спела полтора десятка песен и после каждой зал все сильнее и сильнее взрывался аплодисментами. В финале ей аплодировали так неистово, что итальянский певец, выступавший перед Пугачёвой, даже постеснялся выйти на сцену — ему так не аплодировали. Пришлось Пугачёвой его чуть ли не за руку выводить. По словам самой певицы: «Он вышел в своей бабочке, такой весь тоненький, такая конфетка, такая раковая шейка…»

Заключительный концерт этого короткого турне состоялся в Риме, в концертном зале «Олимпико». Там случился конфуз. Устроители концерта допустили оплошность: назначили его в девять вечера, когда в городе открываются все вечерние бары. В итоге получилось, что Пугачёвой надо было уже выходить на сцену, а в зале присутствовало… всего лишь несколько зрителей. Такого с Пугачёвой никогда ещё не было: даже на заре её эстрадной карьеры зрителей в зале было куда больше, чем тогда в «Олимпико». Пугачёва уже собиралась бежать на улицу и лично зазывать народ на свой концерт. Но устроители её успокоили: мол, подождём ещё немного. И действительно, спустя полчаса зал уже оказался заполнен наполовину. А ко второму отделению зияющих пустот в зале уже и вовсе не было.

На следующий день в газете «Мессаджеро» появилась рецензия на этот концерт, принадлежащая перу журналиста Фабрицио Дзампы. Он писал: «Основное достоинство песен Аллы Пугачёвой заключается в тексте… Ярлык „поп“ не имеет к ним никакого отношения, разве что в него вкладывается изначальный смысл: „поп“ — от „популярный“, „народный“. И действительно, песни Пугачёвой связаны с музыкальной традицией её родины, есть в них что-то „казачье“…

Голос у неё, надо сказать, блестящий: мягкий и агрессивный, нежный и гротесковый, гибкий и необычайно послушный, допускающий самые неожиданные перепады… Выступая перед публикой, она не щадит своих сил, её сценические возможности весьма велики, а энергия и мастерство помогают тянуть за собой аккомпанирующий ей скромный ансамбль…

Песни Пугачёвой в гораздо большей степени «фолк», нежели «поп», и звучали бы, вероятно, много лучше, если бы исполнялись на инструментах, более близких советской музыкальной культуре, а не на электрогитарах и синтезаторах».

Вернувшись из Италии 21 ноября, Алла Пугачёва спустя несколько дней приняла участие в съёмках очередного «Новогоднего аттракциона», который проходил в цирке на Цветном бульваре. Пугачёва опять выступала в двух ролях: ведущей (вместе с Игорем Кио) и исполнительницы. Вот как об этом вспоминает И. Кио: «Мы начинали второй „Новогодний аттракцион“ со сценки в духе Шурова и Рыкунина: Алла сидела у рояля — моего трюкового рояля, а я стоял, — и мы говорили о чудесах, а в финале пели. Точнее, пела, конечно, Алла, а я там речитативно что-то произносил. Допустим, в финале номера Алла пела: „Давно на чудеса пропала мода, все стали и взрослее, и мудрей“ — „Но с каждым днём, но с каждым Новым годом, — вступал я, — вас удивлять становится трудней“. В этот момент у рояля, за которым сидела Пугачёва, отваливались ножки, инструмент начинал парить в воздухе — и Алла заканчивала куплет словами: „Спасибо, что хоть рояль летает! Но Кио не откроет свой секрет“…»

Помимо Пугачёвой в том «Аттракционе» также участвовали: семейный дуэт Александр Абдулов и Ирина Алфёрова (они верхом на конях пели шлягер «Рассвет, закат», Людмила Гурченко, Валерий Леонтьев, София Ротару и др. Пугачёва исполнила несколько песен, в том числе и песню «Поздно» собственного сочинения (слова Ильи Резника), которую она спела дуэтом с Валерием Леонтьевым. Дуэт родился не случайно.

Первая сценическая встреча Пугачёвой и Леонтьева произошла в декабре 81-го на концертах Раймонда Паулса в Театре эстрады. Появление Леонтьева в концерте было обставлено весьма оригинально. Почти весь концерт он сидел в зале, после чего ведущая представления Алла Пугачёва, как бы случайно заметив его в зрительном зале, приглашала его выйти на сцену и просила исполнить «что-нибудь из Паулса». И тот пел «Музу» — новую песню композитора, написанную специально для Леонтьева буквально накануне концертов. С этого момента и брала своё начало дружба Леонтьева как с Паулсом, так и с Пугачёвой. Последняя даже стала приглашать его к себе в дом, на свои тогдашние шумные посиделки. Как вспоминает Р. Паулс: «Тогда ни у кого не было миллионов. И вот мы что-то собирали, что-то одалживали, что-то зарабатывали — и сразу пропивали!.. Вели настоящую богемную жизнь. Чаще всего в Москве мы собирались у Пугачёвой. Устраивали всякие капустники. Заводилами таких вечеров были Пугачёва, вокруг которой все пылало, Илья Резник и тогдашний муж Аллы Евгений Болдин. По пьяному делу и ссоры, и скандалы случались. Под Пугачёвой жил Марк Захаров. Бедняга не мог дождаться, когда же мы утихомиримся. Насколько я помню, Леонтьев не очень активно участвовал в посиделках. Он всегда старался быть в тени…».

Видимо, именно эта природная скромность Леонтьева и стала той причиной, по которой их дуэт с Пугачёвой просуществовал не долго. Всего лишь одну песню.

Между тем «гвоздём» того «Аттракциона» был, несомненно, хит от Раймонда Паулса и Андрея Вознесенского «Миллион алых роз». Кстати, самой Пугачёвой эта песня не нравилась, более того, у певицы на неё была бо-о-ольшая отрыжка. Ещё в пору работу над ней они с Вознесенским чуть ли не дрались: Пугачёва требовала изменить в некоторых местах текст, а поэт упорно этому сопротивлялся.

Между тем эту песню Пугачёва в «Аттракционе» исполняла верхом на трапеции, всерьёз рискуя сорваться с неё и разбиться. Вот как об этом вспоминает все тот же И. Кио: «Алла была бесстрашной. Она захотела спеть свой новый шлягер „Миллион алых роз“, раскачиваясь на трапеции, и спросила у меня: „У вас тут в цирке нет чего-нибудь вроде качелей?“ Приспособили для её пения трапецию, на которой воздушные гимнасты работают свой номер. Трапеция эта устроена следующим образом: от нажатия кнопки она снизу стремительно взмывает под купол. Алла втайне от нас решила, что эффектнее будет, если и она выступит под куполом. Она подарила ассистенту, который стоит на пульте и нажимает на кнопку, пластинку со своим автографом — и он её в нужный момент поднял. А меня до этого ещё попросила, когда начнёт петь, закрутить трапецию вокруг своей оси, чтобы потом она раскручивалась. Когда началась съёмка, мы просто похолодели от ужаса — ведь все же планировалось совершить внизу. А получилось так: я галантно посадил Пугачёву на трапецию, и вдруг певица через мгновение очутилась под самым куполом. Даже воздушные гимнасты по законам техники безопасности, если поднимаются на высоту свыше пяти метров, обязаны надеть страховочный трос — лонжу. Пугачёва же работала без всякой лонжи, без всякой страховки. И проделала все так, будто ей каждодневно приходится заниматься подобными делами. После съёмок Алла созналась мне, что единственное, чего она боится в жизни, — это высота…».

Главный конкурент Пугачёвой на вершине эстрадного Олимпа — София Ротару исполнила в том «Аттракционе» песню «Костёр» из фильма «Душа», в котором первоначально должна была сниматься Пугачёва. Это обстоятельство придавало выступлению особую интригу. Песня была замечательной, но по своему хитовому посылу все же уступала «Миллиону алых роз». И фанатки обеих певиц на этой почве никак не могли успокоиться: после съёмок они даже устроили небольшую потасовку возле цирка.

В эти же дни свет увидела одна из немногих концептуальных статей про творчество Аллы Пугачёвой. Её автором был критик А. Демидов, а место появления — более чем серьёзный журнал «Театральная жизнь». Несмотря на простоту своего названия — «Алла Пугачёва», — эта статья являла собой чуть ли не первую попытку разобраться в феномене Пугачёвой. До этого большинство центральных изданий довольствовались малым: помещали либо интервью с певицей, либо коротенькие заметки про её конкретные концерты. Была, конечно, серия публикаций Льва Никитана в «Московском комсомольце», но с момента её выхода минуло уже четыре года. А за минувший год о Пугачёвой писали считаные разы «Труд», «Советская Россия», «Московский комсомолец», журнал «Аврора», но это были сиюминутные публикации. Статья в «Театральной жизни» на этом фоне заметно выделялась. Поскольку эта публикация весьма обширна, позволю себе привести лишь отдельные места из неё. Итак, автор пишет: «Искромётность её таланта — покоряет. Сила её обаяния — столь велика, что мы легко готовы забыть о недостатках, коих, разумеется, не лишено её творчество. Тысяча почитателей — восторженных в меру и неумеренно — сопутствуют её творческому пути, знающему пока, пожалуй, лишь популярность и успех…

В чем секрет её творчества? И в чем истоки её популярности? Не в вокальных же данных дело и прочих тонкостях чисто музыкальных, специальных, особенных, ибо давно уже ясно, что не с этих только позиций мы судим тех, которые поют — на эстраде, не в опере, а значит — для миллионов, для тех, кого мы называем массовым слушателем…

Я хочу отнести себя к серьёзным почитателям творчества Пугачёвой. Серьёзным — не в смысле педантичным, поучающим и вообще на все смотрящим свысока. Просто искусство Пугачёвой, переживающее ныне пору зрелости, требует сегодня внимательного — без любого рода скидок (на молодость, специфику жанра и т. д.) — к себе отношения. Оно — не развлекательно, её искусство, в нем — «зеркало души», мир определённых чувств и настроений, коими живёт современный человек; мир, выражаемый певицей искренне и самозабвенно, но в отличие от других видов искусств — в формах предельно демократичных, понятных каждому…

Мне кажется, что феномен популярности Пугачёвой заключён отнюдь не в эффектной внешности, не в супероригинальном репертуаре (критерий отбора его, кстати, мог быть у неё и выше) и, конечно же, не в экстравагантных туалетах, в которых она выступает и которые лично мне не всегда по вкусу. Нет, иное: Пугачёва создаёт свой стиль, идея и смысл которого в том, чтобы воспеть свободного человека. Свободного — в горе своём и своей радости, в своей печали, в своих невзгодах, в своём веселье. Мы в жизни порой прячем эмоции, порой боимся их, порой выражаем их шёпотом. Она же — независимо и щедро — одаривает нас ими. Она учит не прятаться, не таиться, она, я бы сказал, учит «петь» так, чтобы и слезы, и смех имели свой голос. Вопреки здравому смыслу, трезвому, холодному уму, — она погружает нас в мир эмоций, не страшась показаться ни излишне резкой, ни излишне откровенной. Она не знает «грани», и в этом как слабые, так и сильные стороны её искусства. Оно не претендует на тонкость (в формах воплощения), ибо желаемой тонкостью обладает сама его душа, идущая смело навстречу победам и поражениям. Я думаю, что яснее всего это бесстрашие её натуры, отмеченной странным соединением бесшабашного удальства с уязвимой трепетностью чувств (выделено мной. — Ф. Р.), передаёт сам голос певицы, а не только пластика её, основанная почти всегда на широте движения и даже некоторой показной лихости. В голосе же — другое: чистая интонация, обострённая специфическим говором, истовость, свойственная фольклорному плачу, нетерпение, обуздываемое ложным смирением, и вольное дыхание жаждущего, ищущего существа, требовательного и ранимого одновременно и порой, как чудится, скрывающего свою сердечную боль под маской этакой беспечной девчонки. Её искусство и понятно, и загадочно. Она — земная, но также и непостижимая. Она такая же, как мы все, и вместе с тем — чуть иная, увлекающая нас своей спрятанной вглубь романтичностью, которая и манит, и тянет, и обманывает…

Пугачёва любима зрителем. Тем широким зрителем, о котором речь шла вначале. Тем зрителем, что ищет в искусстве ответа на свои чувства и эмоции. Свои настроения и свои чаяния. Тем зрителем, который видит в ней не некое потустороннее создание, а живого искреннего человека, способного говорить на равных, не свысока. Ведь будучи звездой, она — и это, пожалуй, в её творчестве главное, — само это понятие переосмыслила: лишила звезду ореола недосягаемости, — вышла в зал и предложила то единение, что должно разомкнуть и круг одиночества, и скорбь несоединенных, разобщённых душ. Я думаю, что она верно определила свою тему: тему внутреннего единства, поиска чистой радости жизни, где и потери и обретения рядом…

В её творчестве — ещё многое впереди. Залог тому — талант сильный, щедрый и подлинный. Но искомая ею цельность внутреннего мира, а значит и творчества, может открыться певице, если она обретёт свою режиссуру. Именно режиссуру, ибо Пугачёва создаёт на эстраде своеобразный театр, где разные маски объединяются её уникальной индивидуальностью…»

В ноябре вышла пластинка с участием Аллы Пугачёвой. Речь идёт о диске «Ненаглядная сторона», где она исполнила одну песню. Кроме неё на «гиганте» были представлены Валерий Леонтьев, Тынис Мяги, «Верасы», «Самоцветы», «Лейся, песня» и др.

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100

ноябрь_82.txt · Последние изменения: 2007/11/30 21:33 (внешнее изменение)